?

Log in

No account? Create an account

Марта

«Наверное, снова некстати
поднимаю в этой палате
тему, о том, что когда я умру,
я хотела бы стать декабрем,
и быть вечно верной грядущему январю…»

Проговаривает четко, отчеканивая до точки
так ритмично, что дрожат цветы на ночной сорочке,
и заходится в смехе, бравурном и театральном,
он проносится вихрем лихим и шквальным,
в пространстве стерильном и госпитальном,
и в клубок сворачивается в уголочке

Соседка, привычная к постановочным сценам,
опираясь слабой рукой о бесконечную белую стену,
шаркая тапками по клеенчатым клеточкам пола,
чтоб замять поток прилагательных и глаголов,
идет к санитарам просить усмиряющие уколы,
по норме хватает пять кубиков в вену

Они мгновенно делают ее ватной и апатичной,
мысли стихают, но появляется навязчивый и привычный,
голос мужской, который шепчет ее весеннее имя:
«Марта, я тебя не оставлю, не буду с другими.
Мы навсегда останемся юными и простыми…»
В этот момент она накрепко засыпает, обычно

Стихи: Минина Вера
17.12.2013г.

Tags:

Dec. 17th, 2013

Снилось, что по какому-то распоряжению, я должна доучиться в школе еще год. Я пришла к ее ветхому зданию, стояла, смотрела со стороны и понимала, что это жуткое наказание - возвращение в мое школьное прошлое. Рядом со мной стояли другие выросшие дети с лицами как из сказки о потерянном времени. Скакала жирная жаба без кожи и без задних лап. Кто-то взял ее на руки и поднес мне показать ее увечье. Она пахла сырой землей и болотиной.
Я вернулась домой. Моя квартира была на последнем этаже. Стоя у окна и наблюдая закат, я начала чувствовать, как здание ходит ходуном, как картина в окне накреняется. Было похоже на землетрясение, которое громко и быстро складывало в пыль и лом одиннадцать этажей подо мной. Я легла на кровать, сложила на груди руки, зажмурилась и принялась молиться. Когда все закончилось, подо мной была бесформенная груда ломаного бетона, а моя квартира, единственная уцелевшая коробка, стояла прямо на уровне первого этажа.
Буддистские монастыри. Я захожу внутрь, сначала молюсь, потом фотографирую. Внутри их живет умиротворение, покой и журчание воды. Я следую к прорицателю и чтобы попасть к ней, нужно пройти трех монахов. Они сидят в ряд на подиумах, перед чашами с монетами. Я подаю первому монету, он берет мою правую руку, нашептывает что-то и возвращает чужую монету аналогичного достоинства из чана. Так происходит энергообмен. Ту же самую последовательность я прохожу дважды и когда оказываюсь перед входом в шатер прорицателя, кладу монетку в сумку, чтобы сложить руки и поклониться. Войдя, она просит у меня монету, но я не могу найти в хаосе вещей именно ту. Осыпаюсь на глазах от осознания собственной глупости. Она говорит, что знает зачем я пришла, что у меня нет дома, но без монеты она не имеет права помочь мне, хотя ей велено это сделать. Просит покинуть шатер и позже пройти трех монахов еще раз…

Стремянки...

 photo IMG_9812_zpsa89bc243.jpg

Помните такое упражнение на доверие, когда один участник тренинга должен со стремянки упасть спиной на руки остальных? Еще несколько лет назад, я бы не поняла сути этого вызова и зажмурившись шуточно, слетела бы с любой высоты. Еще несколько лет назад, в общении, я искала предельную искренность, потому что только в ней видела основную ценность. Важным было доверять полностью, без оговорок и сносок на полях. Каждый раз, когда появлялся человек, в котором я видела космос и запределье, который становился для меня большей частью, в финале, предавал меня так ярко и искрометно, что я аплодировала стоя, потому что сама никогда так не умела, а выйдя за дверь, собирала себя с нуля. Глупость конечно, когда говорят «он сломал меня», ведь как так можно, строить себя и совершенствовать, лепить, поливать и облагораживать, а потом попасть под горячую руку и стать ничем. Такое обычно бывает с материалом попроще, которому заботливо придают форму, с помощью булавок, а потом оглядывают со всех сторон и говорят: «да ну, хуйня все это» и режут портняжными пополам. Но это проигрывалось много-много раз, не только в историях про «любовь», но и про «дружбу». Каждый раз, это было сродни тому, что прыгаешь с парашютом, а в купол стреляет с земли тот, кто должен был ловить на руки. Какие тут, к черту, стремянки…

только потом

А вдруг, это все пустая возня и мелкая блажь,
все ради того, чтобы внутри поутихла война?
Эта жизнь простая как масло и хлеб - отрежь и намажь,
ешь, с удовольствием ешь, не нужно даже сухого вина,
сейчас ты здоров и силен, граница финала еще не видна,
сейчас в каждый день ты заходишь как в мощный вираж,
а за секунду до тьмы ты просмотришь альбомный коллаж,
и только потом тишина

Тебе интересно, чем закончатся жизни других,
а я расскажу, что в мире останется после меня.
Кроме дерева, дома, сына и нескольких фактов сухих,
страницы, в которых холода столько же, сколько огня,
рассказы о том, как и на что меня можно было менять,
фантомная боль, пропитавшая каждый мой текст или стих,
а вдруг, меня уже больше нет, а ты читаешь один из них?
Да ладно, не бойся, фигня…

Стихи: Минина Вера
29.10.2013г.

1.2.3.

 photo TiAe9nixgho_zpse696ea3b.jpg


Как в считалке, пока она кружит и движет,
вы оставляете друг для друга коды и метки,
чтобы стать, по возможности, глубже и ближе,
а потом Раз -
- и Любовь, всего лишь имя соседки,
живущей, двумя этажами ниже

Когда просыпаешься утром осенним и ранним,
распластавшись в кровати в форме распятья,
сердце в клетку грудную изнутри барабанит,
шевельнуться боишься и шепчешь заклятья,
а потом Два -
- и внезапно смертельно ранит,
тот, кто первый расторгнул объятья

Все инстинкты охраны слепы и глухи,
ты не видишь стремительного движенья,
пока чувства выносят без показухи,
и планируют выстрел на пораженье,
и вот Три -
- ты разжалована до шлюхи,
без имени и даже даты рождения

Стихи: Минина Вера
28.10.2013г.

Подсознание шепчет

28.09
Снился дом за городом, окруженный яблоневым садом, который цвел по-весеннему пышно, жирными розово-белыми цветами. Из окна было видно море. Я ходила к нему утром, чтобы поднять его складку вертикально и сфотографировать на айфон золотых рыбок снующих между продольных водорослей. Ты появлялся ниоткуда, подходил со спины, обнимал за плечи и целовал в затылок, дыша горячо в волосы. Потом мы шли по тропинке к дому. Она была слишком узкой для двоих, и ты либо шел впереди, а я с вожделением смотрела на спортивные трикотажные штаны, плотно натянутые на круглых ягодицах, либо, повиснув на мне сзади, и я чувствовала крепкие, медвежьи объятия и ноги, путающие мой шаг. Мне нравилось больше идти тебе в спину. Мы постоянно очень желали, по-подростковому стихийно и жадно, но почему-то только целовались до саднящих губ и лезли руками под одежду друг другу. Ты был влюблен в меня и как-то, по-деревенски просто, грубовато, проявлял свои инстинкты. Я была влюблена в тебя тоже, и все, что могло бы вызвать во мне отторжение в других мальчиках, в тебе выглядело умилительным и очаровательным, я прощала твои дерзости улыбаясь, и мудрым молчанием, закругляла острые углы.
+ 2Collapse )

Декорации

Нахожу для себя декорации в рельефе города, как жертвы находят своих маньяков на опустевших улицах.
Вот я иду в сырых сумерках вечернего парка, и вдруг, в моменте постановочном и неслучайном, загораются все фонари слабым желтым светом, который усиливается вместе с дождем, делая парк золотым, а октябрь живым и дышащим. И единственное, чего не хватает в этом эпизоде – звука шагов, синхронных цокоту моих каблуков.
Вот допиваю эспрессо в кофейне, разгадывая причину одинокого субботнего завтрака мужчины напротив, и в момент, когда мои мысли о нем, стекаются в положительное русло, он берет телефон, вздрогнувший от сигнала смс, и после прочтения сообщения, одними губами произносит в воздух «Сука…»
Вот я просыпаюсь в четыре с хвостом, натыкаюсь на тему "Папа - мой идеал мужчины" и выношу из этой бессонницы важное осмысление. В моем восприятии отсутствует ячейка, в которой должен храниться образ идеального мужчины, такого, о котором всегда с придыханием и гордостью, такого, который твой Отец! Мой первый мужчина повернулся ко мне спиной, когда мне было три года. Я не знаю, каким он был человеком, а у него не хватило даже мелкого любопытства, чтобы узнать, каким человеком стала я. Мне стыдно за него и я всегда прячу его, как окурок, несовершенство и изъян... вот что у меня есть вместо гордости.
Вот я выбираю из стопки дисков один наугад, включаю в машине, и на треке №7 оказываюсь в Зиме 11-ого года. Комната большая и светлая, часов 10 утра, на мне только огромные наушники, во мне только музыка, за окном, как при замедленной съемке, снег. Не падает, а летает хаотично в стороны и вверх, крупными ватными щепотками. Я танцую с закрытыми глазами и открываю только чтобы не упасть, закружившись. Чувствую себя умалишенной, хочется вспороть подушку и включить вентилятор, чтобы перья, перья, перья… я кого-то очень сильно и очень незаслуженно люблю, и мне кажется красивым, встать на подоконник, распахнуть створку и шагнуть, чтобы через несколько секунд красное на белом, и поток сознания прекратится, а музыка нет. Я встаю на подоконник, нахожу себя голой и жалкой, прижатой пузом к ледяному стеклу. Слезаю, снимаю наушники, умываюсь и иду на работу.
Осень входит в самую неприятную стадию, где безумные сновидения вперемешку с бессонницей, обилие удаленных текстов с боязнью заключительных чисел каждого месяца.

хрустальный осколок

 photo IMG_08751_zps3f6ad7c6.jpg

Эта женщина,
/хотя здесь, можно вставить любое другое слово/
она всегда придавала смысл не значимым мелочам,
например, не могла с нелюбимыми спать по ночам,
а если случайно и засыпала, то сон ее бестолково,
рассыпался к полуночи по плечам

Она не латала его,
не чинила упрямо, не доставала для штопки иголок,
в дырявой яви устало вставала, не испытывая испуг,
снимала книгу, с одной из полок и скрашивала досуг.
Она носила в себе незаметный, хрустальный осколок,
проявлявший досадный недуг

Его вживили нечаянно,
передать другому его возможно, как в детской игре:
найти случайного, влезть под ребра урчащей кошкой,
а потом разлюбить первой, подло поставив подножку,
сообщить об этом письмом, строго осенью, в октябре,
как будто бы понарошку

Эта женщина,
/хотя здесь, можно вставить любое другое слово/
она всегда предавала...

Стихи: Минина Вера
16.10.2013г.

Tags:

Напиши мне

Напиши мне; напиши мне из Индии, Крыма, Таиланда, отовсюду, где задержишься дольше, чем на ночь. Из пыльных углов Старого, Нового и того света, из кабаков, джунглей и недорогих отелей; из палатки, из открытой могилы, в которой проведёшь четыре часа, наблюдая движение звёзд и слушая, как в теле шевелится аутентичная настойка (никакой химии, диметилтриптамин только что с огорода). Я хочу получать твои емейлы, оклеенные радужными марками почтовой компании «Доктор Хоффман», нацарапанные на пожелтевшей папиросной бумаге, пропахшей дымом, с жлобским пивным пятном, – когда выпадаешь из образа, тоже пиши. Напиши подробно, как выглядит Эйфелева башня, мне это важно. Когда на рассвете от тебя уйдёт весёлая чёрная женщина, дай знать, осталась ли она довольна (впрочем, не сомневаюсь). О бледных девочках, которые носят копеечные этнические юбки и никогда над тобой не смеются, ты мне не расскажешь, и правильно, чего я о них не знала? Но я не могу заменить тебе ни одну из них, даже самую бестолковую, даже толстую.
Я же со своей стороны обязуюсь писать о нежных вещах, о коварстве платьев с открытой спиной – если утром между лопаток поцелует один мужчина, верная примета, что вечером там будет целовать другой. Голосом благовоспитанной японки стану щебетать о котиках, сплетнях и ни на секунду не дам тебе усомниться, что не умею любить; это позволит нам безопасно подписывать письма небрежным «люблю, обнимаю». Обещаю, ты ничего не узнаешь о том, как для меня проходят годы; я уберу метки со всех фотографий, где заметно время, где рядом со мной мужчина, где вместо эльфа - усталый взрослый. Ты запомнишь только прозрачные пальцы, трогавшие твоё лицо, и неприятно пряные запахи, которые всегда мне нравились. Что бы ни случилось между нами, – на бесконечной земле, кипящей между мной и тобой, - не сомневайся в главном: цвет волос и адрес у меня никогда не изменятся.
Ты же за это пиши всякий раз, как загустеет время, откуда бы ни было, из любого места, где есть сигнал, и где нет меня; то есть – отовсюду. Обещай, что будешь писать

marta_ketro

Семь песен...

Я люблю играть в игры. Эта заключается в том, что я даю семь ассоциаций о тебе, а ты описываешь их и иллюстрируешь.

Так Ира sosedskaja назвала семь слов, которые лучше всего характеризуют меня:
Ключи *Нежность * Молочно-белый * Сплетать слова в стихи * Бабочки в животе * Воздух * Линии кистью


1. Ключи
Держатели тайн, носители чужих секретов, немые мудрецы. Живые, хотя давно уже отслужившие, хранят на своих зазубринах память об открытых дверях, за пределы которых уже не попасть, о шкатулках, скрывающих драгоценное нутро, о прекрасных механических куклах, в которых они когда-то вдыхали жизнь и нежность.
 photo IMG_8237_zps82b43c36.jpg
Ключи*Нежность*Молочно-белый*Сплетать слова в стихи*Бабочки в животе*Воздух*Линии кистьюCollapse )

Latest Month

May 2015
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com